Ты жива ещё, моя старушка
Жив и тебе.
Привет
Пусть струится над твоей избушкой
Тот вечерний несказанный свет
Пишут мне, что ты тревогу
Загрустила шибка обо мне
Что ты часто ходишь на дорогу
В старомодном, ветхом шушуне
И тебе вечернем синем раке
Часто видится одно и то будто кто-то мне в кабавской драке заданул
Под сердце финский нож
Ничего, родная, успокойся
Это только тягостная быть
Не такой уж горький я пропоица
Чтоб тебя не видя уметь
Я по-прежнему такой же нежный