Я красивых таких не видел.
Только, знаешь, в душе затаю.
Не в плохой, а в хорошей обиде
повторяешь ты юность мою.
Запоёшь ты о мне, любимая,
исцеляй меня детским сном.
Отгорела ли наша рябина,
осыпаясь под белым окном?
Ты моё васильковое слово,
я навеки люблю тебя.
Как живёт теперь наша корова,
грудь соломенною теребя?
Запоёшь ты о мне, любимая,
исцеляй меня детским сном.
Отгорела ли наша рябина,
осыпаясь под белым окном?
Что поёт теперь мать за куделью?