Для чего мы, не означив наших дум горячей дрожью,
наполняем воздух плачем,
снами,
смешанными с ложью?
Для того ль, чтоб бесполезно, без блаженства, без печали, между временем и бездной начертить свои спирали?
Для того ли, чтоб во мраке, полном снов и изобилья, бросить тягостные знаки
утомленья
и бессилья?