В то лето с неба выпала большая благодать, и было мне легко и так приятно.
У ней была причесочка - век воли не видать, а юбочка - роди меня обратно.
А я под ноль остриженный пока
военным лазаретом.
А что у ней с наколочкой рука,
не спрашивал
об этом.