На запретке ини свет прожекторов
Ветер рвет бушлаты с плеч у пацанов
Отмотал я смену, тело все гудит
А душа, братишка, стонет и болит
Подогнали с воли весточку в конверте
В ней слова, что хуже приговора смерти
Пишет мне
Валюха, почерк чуть дрожит
Ты прости, Сереж, мне надо дальше жить
А ты, Валюха, Валя, сучилась в конец
Ушла к другому стерва, прямо под венец
Меня закрыли в лагерь, а ты хвостом вильнула
Всю нашу жизнь не глядя, ты перечеркнула
Но есть одна святая, Седая моя мать
Она одна умеет верить и прощать