Он убеждал, кто любит, тот прощает, а кто не терпит, тот любви не знает.
Он
Называл любовью свой садизм
Заистину я приняла его софиз
Ты любил меня удобной беззатказной
И безвольной
Ты любил меня, послушай
Тихой, верной, безоружной
Ты любил меня смиренной уничтоженной бесцветной
А ты любил меня не мой
Слабый, жалкой и ручной